Глава 16. Карма
Обмен учебными материалами


Глава 16. Карма



Я оделся, позавтракал и долго ходил по комнате взад-вперед. Было только 6:45, но я все равно решил позвонить Карлу. Он обычно просыпался около 7 утра, но сегодня ответил после первого же гудка. Оказалось, что он уже полчаса не спит, терзаемый ощущением, что нужно срочно мне позвонить.

Через пять минут мы с Карлом и Недой сидели за кухонным столом и пили его любимый морковный сок. Я рассказал им о тайне, которую раскрыл мне Эли.

— Я всегда тебе говорил, чтобы ты меня больше слушал! — воскликнул Карл, смеясь. Затем с озабоченным видом добавил:

— То есть мы с тобой не случайно вместе, Джон?

— Ты мой самый дорогой и самый верный друг, и я в этом никогда не сомневался! — сказал я, обняв его за плечи, Я почувствовал боль в груди, словно глубокая невысказанная любовь, которую я всю жизнь носил в себе, хотела вырваться Наконец наружу.

Я рассказал им о своих неприятностях в 2150 году, завершив описанием телепатического общения с Лией во сне. Карл встал из-за стола и изрек:

— Это твое Макро-общество будет больше виновато е смерти Кэрол, чем сам Элгон, потому что они запросто могу! ее спасти, но не делают этого.

— Но, Карл, они же не воспринимают смерть так, как ты, — возразила Неда. — Если смотреть с Макро-позиции, это не трагедия, потому что мы живем в совершенно справедливой вселенной и со всеми нами происходит только то, что мы сами для себя выбрали.

— А как насчет демографического взрыва, который планирует Элгон? Боже мой, если у них в семьях по 30-50 детей, они скоро задавят весь мир одним своим количеством!

— Да, — ответил я, — я тоже об этом уже думал, но Макро-общество не может препятствовать свободной воле других людей.

— Но они же заставляют людей жить на Микро-острове, — возразил Карл.

— Это неправда, Карл, — ответила Неда.

— Откуда ты, черт возьми, знаешь? — взорвался Карл.

— Потому что Джон мне сказал, — ответила Неда, встала, улыбнулась Карлу, обняла его, и его раздражение мгновенно исчезло.

— Она права, — сказал я, — СИ сказала мне, что изначально Макро-общество собирало микро-людей, уцелевших после стихийных бедствий и пагубных изменений, и перевозило их на Микро-остров. Таким образом, они не наказывали этих людей, а спасали.

— Как это? — спросил Карл.

— Они планировали использовать Микро-остров как школу, где смогли бы учить людей принципам Макро-философии, — объяснил я. — Элгон и Села были среди первых людей-«источников», которые приехали на остров. Из-за злоупотребления своими силами, с помощью которых они управляли своими учащимися, эта парочка начала регрессировать на более низкие уровни осознания.

Элгон настаивал, что есть один, и только один способ достичь Макро-осознания —тот, который он сам использовал. Он уже не был скромным источником знаний, а объявил себя учителем и единственным авторитетом в области Макро-осознания.



Затем Элгон собрал вокруг себя такие души, на которые он мог воздействовать принуждением, угрозами, гипнозом или просто уговорами, и основал свою собственную маленькую «семью». Целью Элгона было «упорядочить» Макро-общество, дав ему жесткие правила жизни; полицию, которая бы следила за соблюдением этих правил; и великого харизматического лидера, к которому бы люди обращались за мудрым советом, — то есть себя.

Пока его ученики делали так, как он говорил, он нежно «любил» их, хвалил и называл своей «семьей». Тех же учеников, которые его не слушались, он называл низшими существами, исключал их из «семьи» и запрещал своим последователям впредь общаться с ними. Вернуться в «семью» Элгона можно было, только признав его всеведение.

— Но почему все эти люди остаются на Микро-острове, если Макро-общество их там не держит? — спросил Карл.

— Пропаганда Элгона внушила им, что они живут в самом лучшем из возможных миров. Тем, кто недоволен, не разрешается уезжать. Элгон знает, что, если люди увидят Макро-жизнь, они перестанут его бояться и тогда он потеряет свою власть.

— Но, Джон, если вы в Макро-обществе об этом знаете, то почему не захватите Элгона и его тысячу помощников и не посадите их на какой-нибудь другой остров, поменьше, чтобы они больше не распоряжались жизнями других людей?

— Потому что это будет означать, что они распоряжаются жизнью Элгона и его последователей, что в итоге только усложнит проблему, — пояснила Неда.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Это все равно что лечить человека, который еще не извлек урок из своей болезни. Ему придется заново проходить этот урок. Если бы эти души не хотели использовать опыт микро-жизни как возможность для развития, они бы не воплотились в подопечных Элгона, — растолковал я. — Если мы просто прекратим для них эту ситуацию, они будут вынуждены устроить себе другую такую же ситуацию, чтобы все-таки выучить запланированный урок. Нет, если это должно закончиться, им придется постараться самим.

— Но это же безнадежно! — воскликнул Карл. — Тебе гадят на голову, а ты должен только радостно улыбаться? Будь я проклят, но я не верю в этот бред о смирении.

— Ты прав, Карл, — сказала Неда. — Ты будешь проклят своей отрицательной энергией. Это и есть ад и вечное проклятие. Их причина — твой микро-отказ принять результаты своих собственных действий.

— Еще чего? — возразил Карл. — Джон, не ты ли говорил мне, что Макро-общество не верит в ад и вечное проклятие?

— Не верит, — ответил я. — Но помни, что подсознательный разум содержит запись всех твоих прошлых мыслей и действий. Если мы не будем применять на практике те уроки, которые извлекли из своих предыдущих жизней, мы будем вынуждены их повторять. Иными словами, мы притягиваем к себе тот жизненный опыт, который сознательно отвергаем.

— Я была потрясена, — добавила Неда, — когда узнала, что мы ненавидим, равно как и любим, только то, что находится в нас самих.

— Все это бред, — не соглашался Карл. — Я, например, могу ненавидеть насильника или убийцу, но не носить его в себе.

Я покачал головой.

— По словам Макро-философов, тому, у кого душа чиста, все вокруг кажется чистым. Значит, если ты что-то ненавидишь или осуждаешь, ты не только совершил то же самое в прошлом, но и вскоре снова совершишь в будущем, может быть, даже в этой жизни, а может, и в какой-нибудь другой.

— Не верю я в это, — упрямо ответил Карл.

— Я не удивляюсь тому, что ты отказываешься мне поверить. Ведь я и сам узнал правду, только когда постепенно начал вспоминать свои прошлые жизни.

Неда напомнила, что Карлу пора уходить на утреннюю лекцию, поэтому я попрощался и вернулся к себе домой. Там я засел за дневник.

Остаток дня я провел, обдумывая, как бы мне связаться; с Кэрол и заставить ее уехать с Микро-острова. К концу вечера я так и не придумал иного способа спасти Кэрол, как уступить Элгону и стать постоянным жителем Микроострова.

Ужиная с Карлом и Недой, я признался, что чувствую; себя бессильным перед телепатической сетью Элгона и его тысячи помощников.

— Другими словами, — сказал Карл, — что бы ты ни пытался делать, они все равно помешают тебе, оказав воздействие на твой ум.

— Ты переживаешь этот жизненный опыт, потому что, когда ты был жрецом в Древней Атлантиде и обладал Макро-способностями, ты использовал свою силу, чтобы управлять умами других людей. Правильно? — спросила Неда.

— Да, — согласился я. — Но тот факт, что я помню об уроках, которые не смог выучить в прошлом, еще не означает, что мне нравится вновь их проходить.

— Тогда, — сказал Карл, — есть только один простой способ спасти Кэрол. Все, что ты должен делать, — это договориться с Элгоном.

— Иначе говоря, — добавила Неда, — все, что он должен сделать, — это продать душу Элгону.

— Это неправда, — запротестовал Карл, — потому что, как только он позволит Элгону и его шайке переместить себя во времени, он освободит Кэрол и станет постоянным жителем 2150 года. А потом у него будет еще целая жизнь для того, чтобы убежать с Микро-острова с помощью или даже без помощи Макро-общества.

— Ты забываешь одну вещь, Карл, — напомнила ему Неда. — Мудрейшие люди Макро-общества сказали, что: если Джона навсегда переместят во времени, прежде чем он достигнет третьего уровня осознания, он регрессирует к потеряет свое Макро-осознание.

— Но не Макро-способности, — заметил я. — И это действительно будет бедой, потому что человек без Макроосознания всегда использует Макро-способности в микроцелях.

— Черт возьми! — воскликнул Карл. — Чем больше вы говорите, тем безнадежнее все это выглядит.

— Неужели все действительно так плохо, Джон? — спросила Неда.

Я покачал головой.

— Не вижу никакого выхода. Вот уж воистину: куда ни кинь — всюду клин. И так плохо, и так — еще хуже.

— Нет, Джон, — сказала Неда. — Макро-общество не бросило бы тебя в безвыходной ситуации. В конце концов, Рана сказала, что она в тебя верит. Значит, она еще тогда знала, что твое будущее не безнадежно. Она также считает, что чем больше провал, тем больше успех — и это еще одна вещь, бессмысленная с микро-точки зрения.

— Подожди-ка, — встрял Карл. — Если в следующие две недели тебе удастся достичь третьего уровня осознания, Макро-общество об этом узнает и навсегда переместит тебя в 2150 год, правильно?

— Я думал об этом, — сказал я. — Но, по словам СИ, переход со второго на третий уровень — это все равно что перевод из первого класса школы сразу в девятый, и никому еще не удавалось сделать это меньше чем за месяц.

— Тогда, — ответил Карл, — ты будешь первым! С другой стороны, они ведь раньше и перемещений во времени никогда не делали.

— Нет, Карл, — ответил я, — это слишком легкий выход из положения. За все мое пребывание в 2150 году не видел я ни одной проблемы, у которой имелся бы легкий путь решения. Каждый раз, когда я пытался его найти, в конце концов ужасался собственному невежеству. Я не могу просто взять и перепрыгнуть на третий уровень, не избавившись от микро-образа мышления. Избавление от микро-образа мышления — вот ключ к разгадке. Если бы я смог посмотреть на эту ситуацию с Макро-позиции, решение пришло бы ко мне само собой. Не знаю, Карл. Я вновь поднимусь к себе и лягу спать. Утро вечера мудренее. Может быть, когда я проснусь в мире-2150, то что-нибудь придумаю.

Я уже подошел к двери, и тут на сердце у меня как-то просветлело. Я повернулся и сказал:

— Эй, ребята... Спасибо. Спасибо вам обоим. Увидимся завтра.

Вечер подошел к концу, и я сделал так, как сказал.

Однако, когда я проснулся в 2150 году, мне в голову не пришло никаких новых идей.

До конца недели в реальности-2150 я тщетно пытался установить связь с Кэрол и вырваться из своего заточения, а в реальности-1976 ходил по комнате взад и вперед или обсуждал с Карлом и Недой возможные способы решения этой головоломки, сводившей меня с ума. Но, несмотря на все эти долгие размышления и обсуждения, решение найдено не было. Затем однажды вечером Неда спросила меня, все ли мои Макро-способности заблокированы телепатической сетью Элгона. Я ответил утвердительно, и на этом наш разговор окончился.

Ночью, стараясь подольше не заснуть, чтобы не возвращаться в свою тюрьму в 2150 году, я вспомнил вопрос Неды и начал перебирать в памяти все семь Макро-способностей. Вначале я подумал о ясновидении, телепатии и предвидении. Из этих трех способностей только первая еще срабатывала, но она ничем не могла мне помочь. Второй препятствовала телепатическая сеть Элгона, а третью я так по-настоящему и не развил в себе, но в любом случае вряд ли знание будущего поможет мне в этой ситуации. Следующие три способности — ретропознание, психокинез и телекинез — тоже не годились, потому что первая работала, но не могла мне помочь, а вторая и третья были заблокированы. Оставалась только последняя, седьмая — астральная проекция. Интересно, неужели она тоже под контролем у Элгона? Я не знал, потому что никогда сознательно не пользовался этой способностью, не видя в ней особой практической пользы.

Но для пленника астральная проекция, когда человек покидает свое ограниченное физическое тело и переходит в астральное тело, не знающее физических границ, явно имеет определенные преимущества. Я мог бы попасть в комнату к Кэрол, перенестись в Макро-общество, увидеть Лию. Похоже, астральная проекция была единственным способом это сделать. Но получится ли у меня? Даже если я смогу быстро научиться этому искусству, не помешает ли мне телепатическая сеть? Я решил, что единственный способ ответить на эти вопросы — проверить на практике; поэтому я сразу же попытался освободиться от своего физического тела. И мне, естественно, не удалось это сделать.

Потратив полчаса на напрасные попытки отделить астральное тело от физического, я сдался и решил вспомнить все, что СИ рассказывала о седьмой Макро-способности.

Я вспомнил, что мои путешествия в будущее осуществлялись в астральном теле, которое было соединено с физическим телом 1976 года чем-то вроде бесконечно гибкой энергетической пуповины. Мистики прошлых времен называли ее «серебряным шнуром». Когда этот «шнур», состоящий из очень высоких электрических вибраций, рвется, физическое тело умирает.

Когда я впервые попал в 2150 год, меня снабдили еще одним физическим телом и вторым «серебряным шнуром», соединяющим мое астральное тело с этим новым физическим телом. Макро-обществу удался этот эксперимент, потому что у тоей близнецовой души та же астральная структура, что и у меня. Макро-ученые использовали ее как образе для создания физического тела и «серебряного шнура», а также для привлечения моего астрального тела через пространство-время.

Возможно, для микро-человека это звучит не слишком понятно. На самом деле объяснения СИ были гораздо более сложными, но я решил, что мне не нужно так много знать об этой сфере Макро-жизни, и потому слушал не очень внимательно. Теперь я об Этом жалел. Но, несмотря ни на что, два главных компонента успешного обучения — желание и вера — у меня были, а значит, я мог научиться астральной проекции. Разумеется, я верил в то, что это возможно, потому что уже бывал в своем астральном теле в полном сознании. Следовательно, все дело — в желании!Я сделал Макро-паузу, то есть расширил свою перспективу от «микро» до как можно более «Макро». Мне сразу же стало ясно, что и тут я, как всегда, слишком боюсь потерпеть неудачу, поэтому мой ум больше сосредоточивается на провале, чем на успехе.

Как только я смог посмотреть на свои попытки с Макропозиции, то вспомнил, что каждый провал ведет к успеху, и снова начал пробовать совершить астральную проекцию — теперь уже без всяких «а что, если не получится?». Я начал вспоминать ощущения своего первого визита в 2150 год, когда я проснулся в астральном теле. Затем я попытался представить свое астральное тело в ногах своей кровати. Я верил и очень сильно хотел: Я постарался представить себе эту картинку со стороны: вот кровать, вот я лежу на ней.

Внезапно что-то «щелкнуло», и это больше не было визуализацией: я стоял перед кроватью, глядя на свое спящее физическое тело.

Я вновь ощутил удивительную свободу от всех физических ограничений и неудобств. Теперь и в 1976 году у меня были две целые, здоровые ноги! СИ говорила мне, что на астральном уровне одежда создается с помощью мысли, и я мысленно представил себя одетым в свою тунику 2150 года, отражающую ауру. Вскоре это облачение стало таким реальным, что я смог его потрогать и подергать, и оно повторяло каждое движение моего тела, как настоящая туника 2150 года.

Затем я начал ходить по комнатам так же, как передвигался в 2150 году в своем физическом теле, только не касаясь пола. В астральном теле левитация не требовала таких затрат энергии ПК, как в моем тяжелом физическом теле. Подойдя к двери, я на секунду забылся, попытался ее открыть и почувствовал странное ощущение, когда моя рука прошла сквозь дверь. Я быстро последовал за рукой и оказался в коридоре. Затем вместо того, чтобы идти в квартиру Карла и Неды, я просто представил себя в их гостиной и сразу же там очутился.

Пройдя через дверь спальни к кровати, на которой спал Карл, я попытался его разбудить. Конечно, он меня не слышал, и я не смог потрясти его за плечо, потому что моя рука проходила сквозь него, как сквозь воздух. Я посмотрел на Неду, спящую рядом с ним, и попытался телепатически с ней связаться и попросить, чтобы она проснулась. Через несколько секунд она открыла глаза и огляделась. С помощью ПК я зажег ночник на ее тумбочке. Она вздрогнула, но не испугалась. Я поднял карандаш и написал слово «Джон» на листке блокнота, который она использовала для записи своих снов..

Неда начала было тревожиться, но я телепатически успокоил ее, убедив, что все в порядке, и мысленно передал ей концепцию астральной проекции. Я увидел, что у меня не совсем все получилось, потому что она разбудила Карла и сказала:

— Я слышала, как Джон звал меня и просил проснуться.

— Когда? — сонно пробормотал Карл.

— Только что, — ответила она. — Я открыла глаза, вначале ничего особенного не видела, а потом вдруг включилась лампа.

— Ты, наверно, сама ее включила во сне.

— Я тоже так вначале подумала, но когда я взяла блокнот, чтобы записать свой сон, то увидела вот это, — ответила Неда, протягивая Карлу блокнот.

Он посмотрел туда, куда указывала Неда, увидел на бумаге мое имя, написанное моим собственным почерком, и, окончательно проснувшись, встал с кровати.

— Схожу посмотрю, все ли с ним в порядке, — сказал он, отыскав халат и шлепанцы, и вышел из комнаты.

Я решил, что самый легкий способ успокоить Карла — вернуться в свое физическое тело, что и было сделано. Я встретил Карла по пути в мою квартиру, объяснил ему свой эксперимент с астральной проекцией и извинился за то, что разбудил. Он настоял, чтобы я пошел с ним и все рассказал Неде. Я быстро переговорил с Недой, чтобы они могли поскорее лечь спать, а я — вернуться в 2150 год. Мне не терпелось испытать свою новую Макро-способность в действии.

Вернувшись к себе, я быстро заснул и вскоре оказался на знакомой кровати с балдахином во дворце Элгона. Больше всего я боялся того, что телепатическая сеть Элгона помешает мне покинуть физическое тело — или, когда я из него выйду, заставит меня вернуться обратно. Я сразу же представил свое астральное тело в ногах кровати. Выйдя из физического тела, я визуализировал путешествие обратно в свою Альфу и через мгновение стоял посреди Альфа-комнаты.

Без Кэрол в комнате было очень пусто, и от этого мне еще сильнее захотелось вызволить ее из беды. Я решил отправиться за советом к остальным членам нашей Альфы. Было время завтрака, и все сидели в столовой, разговаривая о нас с Кэрол. Когда я вошел, Стив первым меня заметил и обратил на меня внимание остальных. Вскоре меня увидели все, кроме Адама и Нэнси, которые никак не могли настроиться на меня. Я был рад, что хотя бы хорошо их слышу.

Мне сообщили, что всему Макро-обществу известно о том, что произошло со мной и Кэрол. Но, к сожалению, они не знают, как нам вырваться из власти Элгона, не прибегая к помощи высших Макро-способностей членов Макро-общества.

Я решил поговорить с Раной: возможно, решить эту проблему сможет она. Но перед моим уходом произошло нечто невероятное. Адам и Джойс попросили меня взять их с собой во дворе Элгона.

Я отказался.

— Если мы с Кэрол не сможем оттуда выбраться, то вы станете еще двумя пленниками Элгона.

— Мы понимаем, Джон, — сказала Джойс, — но мы с Адамом хотим побыть с тобой следующие несколько дней. Если мы не сумеем тебе помочь, то, по крайней мере, сможем поддержать тебя.

Они напомнили мне, что если я не смогу подняться на следующий уровень осознания и не начну сотрудничать с Элгоном, то в мире-2150 мне остается быть всего несколько дней. Я был тронут предложением Адама и Джойс разделить мое заточение, даже если это будет означать, что они сами станут пленниками. Я поблагодарил их, но объяснил, что осознание того, что Элгон держит в плену нас четверых, а не двоих, лишь удвоит мою тревогу. Если мне теперь понадобится поддержка, я могу просто прийти к ним в своем астральном теле.

Затем Адам сказал:

— Ладно, Джон, надеюсь, мы сможем помочь тебе в следующий раз. Понимаешь, мы в долгу перед тобой, потому что ты очень сильно помог нам в нашей прошлой жизни. Тогда ты знал нас как Гриффа и Джадда.

Сказать, что у меня перехватило дыхание, что я онемел от изумления или был вне себя от радости, — все равно что ничего не сказать. Никакие слова не могли бы выразить то, что я почувствовал в тот момент. Энергичная Джойс и высокий, красивый Адам внешне не имели абсолютно ничего общего с Гриффом и Джаддом, с которыми я встретился в 1976 году. Тем не менее, настроившись на их Макро-«Я», я узнал, что это действительно те же души, которые 174 года назад жили в телах двух хулиганов, и несказанно обрадовался такому их росту.

Я обнял Адама и Джойс, поблагодарил за заботу и убедил, что их долг сполна выплачен искренним желанием отказаться от своей жизни здесь и отправиться со мной во дворе Элгона. Перед тем как уйти, я заставил их пообещать мне не пытаться последовать за мной на Микро-остров. Затем я попрощался с остальными членами своей Альфы. Встретившись взглядом с Нэнси, я почувствовал, как тепло разливается по всему моему астральному телу. Интересно, знает ли она, знал ли Бруно...

Но сейчас у меня не было времени с этим разбираться. Я послал ей поток теплой положительной энергии и перенесся в комнату для занятий, чтобы встретиться с Раной.

Было все еще утро, а раньше я всегда встречался с ней вечером. Тем не менее меня переполняла уверенность, что наставница будет меня ждать. Я не был разочарован, потому что, как обычно, дверь отворилась передо мной. Войдя в комнату, я увидел Рану, спокойно сидящую на одном из стульев и улыбающуюся мне, как будто это было обычное занятие по Личной Эволюции.

— Не буду спрашивать, откуда ты знала, что я приду сюда сегодня в астральном теле, — сказал я, — потому что уверен, что твое предвидение работает так же хорошо, как телепатия, с помощью которой ты сообщила мне, что будешь ждать меня здесь.

Рана кивнула в знак согласия.

— Я также знаю, — сказала она, — что ты надеешься на мою помощь в решении проблемы с Элгоном. Думаю, тебе будет приятно узнать, что я нашла это решение в твоем собственном разуме.

— Боже мой! Спасибо, Рана, спасибо! — воскликнул я с радостным облегчением, а затем спросил:

— Что же я должен делать? Она покачала головой:

— Вынуждена разочаровать тебя, Джон. Не могу сказать тебе, что я вижу в твоем будущем.

—Как? — спросил я, пораженный таким поворотом событий: — Ты знаешь решение проблемы, но не хочешь мне говорить? Ты боишься, что, если ты мне скажешь, этого не произойдет?

— Не в этом дело. Независимо от того, скажу я тебе это или нет, на этот раз будет только один ход событий.

— Если это все равно не повлияет на мои действия в будущем, тогда не понимаю, почему ты не хочешь мне говорить, — сказал я в полном замешательстве.

— Потому что если я скажу тебе, то это повлияет на твои мысли в будущем. И, хотя и не изменит твоих действий в ситуации с Элгоном, повлияет на другие твои будущие действия.

— Я не понимаю, Рана. Что ты имеешь в виду?

— Я говорю о проблеме добра и зла, которая будет твоим последним испытанием, необходимым для достижения третьего уровня осознания. Помни, что эти понятия, как и все остальное, зависят от твоей перспективы. Эволюция разума человека измеряется тем, насколько он готов принять неприемлемое. То, что может быть неприемлемым на микроуровне, всегда приемлемо на Макро-уровне.

— Да, — согласился я. — И я помню, что в абсолютной Макро-перспективе все совершенно. Но какое это имеет отношение к решению моей проблемы?

— Я хочу сказать, что ты не осознаешь единственного удволетворительного выхода из ситуации с Элгоном, потому что смотришь с микро-позиции и этот выход кажется тебе неприемлемым и даже аморальным.

— Значит, ты не хочешь мне говорить об этом выходе из ситуации, потому что тогда я последую твоему совету, но только потому, что ты мне сказала, а не потому, что я сам к нему пришел, правильно?

— Абсолютно верно, Джон. Это не изменит твоего ближайшего будущего, зато повлияет на следующие десять тысяч лет и отдалит то время, когда вы с Лией сольетесь воедино на физическом и астральном уровнях.

— Жаль так говорить, но все же спасибо, что ты мне не сказала, Рана, — выдавил я после долгой паузы. — Я возвращаюсь во дворе Элгона. Посмотрим, сколько времени мне потребуется, чтобы найти единственно возможное решение проблемы, которое, как ты говоришь, уже у меня в голове.

Когда я повернулся, чтобы уйти, Рана предупредила меня, чтобы я был осторожен и не встречался с Лией до своего возвращения на Микро-остров. Я спросил ее почему.

— Потому, — объяснила Рана, — что она, как твоя близнецовая душа, не сможет скрыть от тебя решение, которое ты ишешь, и в результате получится так же, как если бы я тебе все рассказала.

Я еще раз поблагодарил ее и согласился последовать совету. Затем я вернулся во дворе Элгона, даже не пытавшись связаться с Лией.

Там я понял, что видеоизображение пустой комнаты, в которой лежит Кэрол, не поможет мне отыскать ее местоположение. Чтобы найти эту комнату, я должен был осмотреть весь дворец. И тут я допустил серьезную оплошность.

Я забыл, что Элгон поставил возле моей комнаты нескольких телепатов. Когда я прошел сквозь стену в коридор, они сразу же увидели меня и попытались остановить. Я представил себя в огромной столовой и исчез из их поля зрения, но они уже оповестили остальных членов телепатической сети о моем «астральном выходе».

Оказавшись в столовой, я буквально со скоростью мысли начал обегать комнату за комнатой в поисках лестницы, ведущей на нижние этажи дворца, потому что чувствовал, что Кэрол находится где-то там. К тому времени, как я нашел нужную лестницу и спустился на этаж, где, по моим предположениям, находилась Кэрол, телепаты Элгона обнаружили меня.

Я вновь почувствовал, как невидимые тиски все сильнее сдавливают мой мозг, но на этот раз решил не сопротивляться этому давлению. Я попытался послать им в ответ поток Макро-любви и жизнеутверждающей энергии, продолжая тем временем искать Кэрол. Подвалы дворца Элгона оказались настоящими катакомбами, но в конце концов я вошел в нужную дверь и оказался в комнате, в центре которой, словно мертвая, лежала Кэрол. Двинувшись по направлению к ней, я услышал громкие раскаты смеха Элгона, исходящие из полумрака комнаты.

Давление тисков тут же усилилось, и я понял, что Элгон теперь лично направляет на меня Макро-способности тысячи умов телепатической сети. Безусловно, если бы на моем месте оказались Рана или Лия, они бы справились с такой телепатической атакой, но мои Макро-способности второго уровня не шли ни в какое сравнение с этой мощной силой.

Вскоре давление одолело меня. Я больше не мог его спокойно принимать, а когда начал с ним бороться, мои силы быстро иссякли. Я потерял сознание и очнулся в 1976 году.

Было всего четыре часа утра.

Я решил побыстрее заснуть снова и посмотреть, что со мной произошло в 2150 году. Мне потребовалось некоторое время, чтобы успокоить свой ум после давления тисков, но вскоре удалось уснуть. Я проснулся на кровати с балдахином и увидел склонившуюся надо мной Селу.

Когда я открыл глаза, она сказала:

— Ты дурак, Джон Второй.

Я цинично — в стиле Карла — ухмыльнулся ей и заметил:

— Я вижу, вы больше не притворяетесь, что я на десятом уровне.

— Верно, — ответила она. — Мы поняли, что твои Макро-способности очень ограниченны. Вряд ли ты достигнешь третьего уровня за эти несколько дней. Но я не поэтому назвала тебя дураком. Разве ты не понимаешь, что, перемещаясь в астральное тело, ты оставляешь свое физическое тело незащищенным, и каждый, кто умеет, — например я, — может разорвать твой «серебряный шнур»?

— Да, — сказал я, — я об этом знаю, но вы же хотите, чтобы я стал постоянным живым жителем Микро-острова, а не мертвым. Если я умру, то уже не сгожусь для вашей пропаганды.

Села страстно посмотрела на меня, вытянула полные губы, изображая поцелуй, и сказала:

— Я не хочу, чтобы ты умер, Джон. Я хочу, чтобы ты стал моим любовником, но я знаю, что если мы не поможем тебе завершить перемещение во времени, то твое потрясающее тело умрет, а твой разум вернется на 174 года назад.

— Села, я больше не желаю микро-существования.

— У тебя нет выбора. Ты можешь жить либо на Микроострове в 2150 году в хорошо организованном микро-обществе, либо в 1976 году в хаотичном микро-обществе.

Когда я ничего не ответил на эту реплику, Села покорно вздохнула и произнесла:

— Ты не оставляешь нам другого выбора, кроме как отпустить Кэрол, чтобы она сама искала себе дорогу обратно в Макро-общество. Надеюсь, ты понимаешь, что, поскольку она не подчинится нашим законам, нам придется приговорить ее к смертной казни.

— Но это же убийство!

— Это не убийство, — возразила Села. — Когда человек нарушает законы, зная, что это грозит ему смертью, это самоубийство. Конечно, ты всегда можешь спасти ее от смерти, согласившись стать постоянным жителем Микроострова.

— Дайте мне немного времени, — сказал я. — Мне надо еще над этим подумать.

— У тебя было достаточно времени, Джон, но в знак нашей щедрости мы дадим тебе еще один день. Если к завтрашнему утру ты не согласишься сотрудничать с нами, мы казним Кэрол, а ты будешь смотреть на смерть, причиной которой стал ты сам.

Села долго молчала, ожидая моего ответа. Не дождавшись, она ушла, а я начал расхаживать по комнатам взад и вперед, тщетно пытаясь найти выход из положения, который, по словам Раны, уже скрывался у меня в голове. Интересно, что же это за выход? Что мне кажется самым плохим решением проблемы? С одной стороны — послать Элгона к черту и отказаться от его условий. Это плохо, потому что я потеряю не только Кэрол, но и возможность остаться в 2150 году.

Да уж, несомненно, ужаснее всего для меня будет смотреть, как микро-островитяне казнят Кэрол, и знать, что я мог это предотвратить.

Я вспомнил слова Раны: «Нет ничего ужасного, если смотреть с Макро-позиции. Различные события нашей жизни кажутся ужасными только с микро-позиции, которая слишком узка и не дает увидеть, что мы живем в совершенно справедливом и уравновешенном Макрокосме и с нами происходит только то, что мы сами для себя выбрали».

Если Кэрол умрет, подумал я, значит, она сама выбрала смерть, и меня это волнует только потому, что я считаю ее своей собственностью, которую могу потерять. Макро-философы говорят, что мы всегда можем добиться того, чего желаем и во что верим, потому что у каждой души есть свобода выбора и абсолютная Макро-сила.

Хорошо, согласился я, в Макро-перспективе это не представляет проблемы — но я же живу на другом уровне! Там, где я живу, существует много проблем, а для меня сейчас самая важная из них — спасение Кэрол от смерти, а меня от утра ты мира-2150. И эта проблема будет решена успешно, если я соглашусь сотрудничать с Элгоном. Тогда я смогу потратить хоть всю оставшуюся жизнь на то, чтобы найти дорогу обратно в Макро-общество. Но найду ли?

Я провел оставшуюся часть этого длинного дня, мучаясь над тем, что мне сказать утром Элгону. К вечеру, совершенно обессиленный, я пришел к выводу, что я скорее выберу спасение Кэрол от смерти и жизнь на Микро-острове Элгона. Наконец ко мне пришел сон, принося с собой ужасный кошмар.

Я снился себе одетым в длинную черную тогу судьи, в бесконечной пустыне. Передо мной, насколько хватал взор, тянулась длинная очередь людей, которых я должен был судить. По словам судебного пристава, стоявшего рядом, все они совершили какое-то преступление, которое карается смертной казнью. Тем не менее, когда я выслушал объяснения и оправдания каждого из этих людей, мне показалось, что все они так трогательно просили меня о помиловании, что я каждому отменил смертный приговор.

Затем место действия сменилось: мы с приставом шли по гигантскому двору тюрьмы, где находились все, кого я спас от смерти. У каждого одна нога была прикована цепью к тяжелому ядру, так что они едва могли ходить. И вместо благодарностей люди выкрикивали в мой адрес проклятия. В ужасе я увидел, что все они страдают от какой-то жуткой болезни, которая разрушает их тела, медленно, по кусочку разъедая плоть и отделяя ее от костей. Я почему-то не мог оторвать глаз от спасенных мною узников, которые теперь превратились в ужасных нелепых жертв проказы, которая медленно и болезненно пожирала их тела.

Один из них позвал меня. Обернувшись, я содрогнулся от ужаса и проснулся в слезах, потому что узником, который больше всех проклинал меня за спасение его жизни, был Карл!

Меня тошнило от ненависти к самому себе при мысли о том, что я мог так поступить с Карлом даже во сне.

Почему мне приснился такой сон? Что он может значить? Задав себе эти вопросы, я вспомнил слова Раны: «Все страдания, несчастья и болезни — результат сопротивления неизбежному: тому, что мы сами выбрали для своего духовного развития».

Каково же решение проблемы? В моей голове вновь зазвучали слова Раны: «Единственный способ искупить свою вину за отрицательные действия — это компенсировать их положительными. Любовное принятие восстанавливает утраченное равновесие. Единственный грех, который может совершить человек, — непризнание совершенства того, что есть».

Значит, мой сон — это попытка моего Высшего «Я» показать последствия моего отказа признать совершенство (и необходимость) происходящего. То есть я должен изменить свое решение и позволить Кэрол умереть?

Может быть, в прошлом я позволил умереть Карлу? Не потому ли он был в моем сне?

Из какого-то дальнего уголка моего разума пришли два воспоминания: Карл, допивающий бутылку морковного сока, и Кэрол, набирающая на пульте кафетерия свой привычный заказ — морковный сок.

Затем еще два воспоминания наложились одно на другое — слова Кэрол о том, что в своей прошлой жизни в 1976 году она была аспирантом, который боролся против загрязнения окружающей среды; и слова Карла о том, что он бы «уничтожил этих гадов, которые загрязняют нашу планету».

Голова у меня шла кругом.

Кэрол — девушка, которую я люблю, моя родственная душа, моя Альфа-партнерша!

А Карл? Он — мужнина, человек, дороже которого у меня нет, мой лучший друг, мой сводный брат, мой однокашник!

— Боже мой! — воскликнул я вслух. — Господи всемогущий!

Я обхватил себя руками и начал кататься по кровати, вне себя от боли, сомнений, страха и радости.

Когда все это Наконец уложилось у меня в голове и я принял совершенство этого нового озарения, я спустился вниз и выложил новость Карлу и Неде.

Известие сразило их наповал так же, как и меня, и все закончилось слезами радости и восхищением невероятным совершенством вечного переплетения жизней.

Но на важный вопрос все еще не было найдено ответа. Должен ли я позволить Кэрол-Карлу умереть?

Я провел остаток дня в поисках ответа на этот вопрос и признался Карлу и Неде, что я содрогаюсь при мысли о том, что мне придется смотреть, как Кэрол умирает, и осознавать, что я мог воспрепятствовать ее смерти. До поздней ночи мы обсуждали эту проблему. Карл доказывал, что самым здравым и порядочным будет спасти себя и Кэрол, а Неда уверяла, что я должен искать ответа у своего Высшего «Я», как бы сложно это ни было.

Я только покачал головой и вернулся в свою квартиру. Лежа в кровати, я не хотел засыпать, не решив, что мне завтра сказать Элгону. Я ворочался с боку на бок, пока в отчаянии не вспомнил совет Кэрол: когда что-то не получается, надо вспомнить свой последний Макро-контакт.

Сосредоточившись на воспоминании о последнем общении со своей Макро-сущностью, я почувствовал, как тревога и напряжение покинули мое тело. Частота и сила дыхания изменились; я вновь вспомнил неописуемый союз всех противоположностей и ощутил себя вне пространства, времени и слов.

Очевидно, я все-таки заснул, потому что, когда я открыл глаза, надо мной склонились Села и Элгон. И Элгон сказал:

— Я рад, что ты Наконец проснулся. Мы готовы услышать твое решение.

Не думая, я ответил:

— Я решил получить те, уроки, ради которых пришел сюда, и позволю Кэрол сделать то же самое.

— То есть ты будешь смотреть, как она умирает у тебя на глазах? — спросила Села.

Я не ответил, и Села указала на видеоэкран.

— Ты уверен, что сможешь жить с этим решением?

Я посмотрел на гигантский экран, расположенный в другом конце комнаты. Там уже не было прежнего изображения Кэрол на полу в пустой комнате. Вместо этого она была прикована за руки и ноги к стене во дворе, где совершались казни. Видимо, она была в сознании, потому что ее обнаженное тело явно корчилось от боли. Затем ее лицо было показано крупным планом, и стало видно, что ее глаза открыты и она пристально смотрит куда-то перед собой. Затем ракурс изменился, и я увидел, что Кэрол смотрит на орущую и завывающую толпу микро-островитян, которых сдерживала высокая стальная сетка.

— Если мы уберем эту перегородку, — сказал Элгон, — толпа забросает ее камнями насмерть за пропаганду ограничения рождаемости и отказ иметь детей. Поскольку она иностранка, наказание за упомянутые преступления — смерть. Ты уверен, что не хочешь с нами сотрудничать, Джон?

Я покачал головой, не доверяя своей способности выражаться словами.

Элгон и Села молча и пристально смотрели на меня. Воцарившаяся тишина еще больше усиливала всеобщее напряжение. Вдруг Элгон кивнул головой, и звук, сопровождавший видеокартинку, стал громче.

Я старался не смотреть на экран, но глаза меня не слушались. Я уставился на толпу, которая теперь ринулась через упавшую перегородку к маленьким, острым, твердым камням, наваленным грудой в нескольких метрах перед Кэрол.

В течение следующего получаса мужчины, женщины и дети из толпы бросали маленькие острые камни в корчащееся от боли тело Кэрол. Я видел это кровавое зрелище от начала до конца: от первых поверхностных порезов на ее прекрасных ногах, руках, груди и лице до огромных зияющих ран, расползшихся по всему телу, и Наконец, до момента, когда ей выбили один глаз и он вытекал по окровавленной щеке. Поскольку камешки были не очень большими, Кэрол оставалась в полном сознании до самого конца, когда ее прекрасное тело буквально превратилось в скелет, с которого клоками свисали остатки плоти.

Несмотря на то что я освежил в памяти воспоминание о своем последнем Макро-контакте, эти полчаса были самыми мучительными в моей жизни.

Наконец Элгон прервал молчание:

— Смотреть на смерть другого человека — это одно, а самому через это проходить — совсем другое.

С этими словами Элгон подозвал нескольких своих помощников, и они вывели меня из дворца в тот же двор. Из него выносили останки моей любимой Кэрол, освобождая место для меня. Маленькие белые камни, покрасневшие от крови Кэрол, кололи мои босые ступни.

Когда меня приковали к стене, еще влажной от крови, собралась та же самая толпа и начала выкрикивать обвинения и ругательства в мой адрес. После того как на моих запястьях и лодыжках защелкнулись кандалы, все, что я помню, — это смутные мысли о Лии, о тех коротких мгновениях, которые мы провели с ней вместе, о Ране и о многих уроках, которые я должен был усвоить (но усвоил ли? усвою ли?), о Неде и ее невероятном преображении, о Карле, моем верном друге, о той травме, которую я нанес ему за последние несколько месяцев, о его параллельном «я», моей возлюбленной Кэрол, чья теплая кровь отделяла меня от грубой кирпичной стены, к которой я был прикован.

Я увидел, как Элгон и Села прошли ко мне сквозь толпу. Хотя они стояли совсем близко от меня, мне почему-то казалось, что нас разделяют километры. Элгон окунул пальцы в лужу крови передо мной. Затем, вытерев пальцы о мою грудь, он презрительно спросил, не передумал ли я. Я ничего не сказал, потому что ответ и так ярко светился в моих глазах.

Повернувшись ко мне, Элгон наклонился и поднял два окровавленных камня. Он показал их толпе, протянул один Селе, затем повернулся ко мне и бросил первый камень.

Я услышал где-то в глубинах своего разума голос Раны: «В Древней Иудее, Джон, ваши с Кэрол души воплотились в жестокой и гордой семье. Вы выросли красивыми, но тщеславными. Вы легко осуждали людей и не раз лично участвовали в побивании осужденных камнями».

Я знал, почему это происходило со мной сейчас, но мои глаза и ум были замутнены ненавистью к Элгону.

И в моей голове снова звучал голос Раны: «Эволюция сознания измеряется тем, насколько ты готов принять неприемлемое».

Я попробовал Макро-паузу. Я старался заставить себя смотреть на свою казнь с Макро-позиции, которая предполагала благодарное принятие всего сущего. Я пытался любить Элгона и принимать его и все происходящее как «совершенное». Однако все мои усилия были тщетны.

Я не выдержал своего последнего испытания — принятия неприемлемого. Я не мог с любовью принимать Элгона.

Всему есть пределы, и боли тоже в мое тело вонзались сотни зазубренных камней, и наступил момент, когда я ощутил, что больше не могу жить ни секунды.

Я уже ничего не видел, но перед моим мысленным взором предстала Лия.

Помни, Джон: эволюция сознания измеряется тем, насколько ты готов принять неприемлемое.

Эти слова все еще звенели у меня в голове, когда я проснулся в 1976 году.


Последнее изменение этой страницы: 2018-09-12;


weddingpedia.ru 2018 год. Все права принадлежат их авторам! Главная